Энергосервисные контракты: тупик или открытая дверь?

08 Октября 2014

В 2011 ГОДУ – ЧЕРЕЗ ДВА ГОДА ПОСЛЕ принятия федерального закона № 261-ФЗ «Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности…» – замминистра экономического развития РФ Станислав Воскресенский объявил на Восьмом Красноярском экономическом форуме, что потенциальный объём энергосервисных контрактов в России составляет 500 млрд. рублей в год. С тех пор эту оценку, как заклинание, повторяют эксперт за экспертом. Но вот по исследованию РБК, по итогам 2013 года общая стоимость конкурсных энергосервисных контрактов составила около 3,3 млрд. рублей. Даже если прибавить к ним контракты на 1,9 млрд. рублей, подписанные в 2014 году по итогам конкурсов 2013 года, разрыв между ожиданиями и фактом колоссальный.

Энергосервисные контракты давно известны в ЕС и США. Существует несколько разновидностей Energy Performance Contracting (EPC), но принцип их единый: использование будущей прибыли от экономии энергии для инвестирования в энергосберегающие мероприятия. Звучит это так просто и так очевидно, что приходится делать усилие, чтобы понять: почему до сих пор ЭСК мало востребованы в России?

Замкнутый круг?

Разумеется, в объяснениях нет недостатка. Дмитрий Григорьев, коммерческий директор компании «Фениче Рус», входящей во французский конгломерат Electricite de France и работающей на российском рынке ЭСК с ноября 2009, считает одним из главных препятствий недоверие потенциальных заказчиков. «В начале работы, – вспоминает он, – для того, чтобы показать, как это работает, мы приглашали клиентов в Европу, показывали, рассказывали о схемах финансирования. Но всё равно это действовало слабо из-за различий в законодательстве и в финансовых механизмах. Сейчас мы уже показываем, как работают первые проекты энергосервиса на российских предприятиях… Целевая аудитория очень большая, это порядка 70-80 процентов российской экономики, а энергосервисных компаний не так и много. Убеждать надо на примерах, а примеров пока мало…»

На дефицит убедительных прецедентов ссылается и Александр Баталов, советник юридической фирмы CMS. Конечно, странно было бы ожидать, что за пять лет с момента принятия закона картина поменяется радикально. Однако, по мнению г-на Баталова, процесс мог бы развиваться быстрее, если бы не многочисленные юридические «белые пятна».

— Из закона не ясно, что будет с отделимыми и неотделимыми улучшениями, не описаны риски энергосервисной компании, риски инвестора, – загибает он пальцы. – Отсюда неопределенности для инвестора, для энергосервисной компании: что будет с возвратом инвестиций и прочим. Мы используем энергосервисный контракт не так, как изложено в законе. Мы, конечно, можем называть это энергосервисными контрактами, но это скорее договоры поставки или подряда с элементами энергосервиса. Процесс идёт медленно, потому что каждый проект получается уникальным, но не из-за того, что нам так хочется, а потому, что регулирование, предлагаемое в рамках закона, для реальных отношений, которые строятся между энергосервисными компаниями, заказчиками, поставщиками, неприменимо…

 

Без риска невозможно

«Фениче Рус», как компанию, работающую с длинными деньгами, с проектами, продолжительностью в 10-15 лет, в первую очередь тоже волнуют риски. Конечно, все говорят о страховании. Но г-н Григорьев настроен скептически: «Страхование рисков может быть использовано. Но это дополнительная финансовая нагрузка на проект. К тому же и для страховых компаний этот бизнес новый. Поэтому у нас пока не было таких случаев, чтобы подписанный контракт был на 100 процентов застрахован. Да, есть практика страхования оборудования, ответственности, поскольку это работа с промышленными предприятиями, с опасными объектами. А страховать бизнес полностью – даже не представляю, насколько это утяжелит инвестиции. Больше 15 лет – это уже за гранью планирования. Потом, мы говорим о бизнесе, а стопроцентно безрискового бизнеса не существует».

В вопросе рисков с ним согласен и Александр Баталов. Как он говорит, просто выполнить какие-то работы за счёт заказчика, купить для него новое оборудование, установить, чтобы оно работало и достигало определенных уровней энергоэффективности – это одно дело. Но совсем другое, если рассматривать EPC западной модели, когда текущие расходы в основном несёт энергосервисная компания, причём не из своих средств, а из привлечённых, заёмных. Ни одна кредитная организация не возьмёт на себя риски, не предоставит финансирование, если будут сомнения в возврате средств. Или же цена такой ликвидности будет астрономической.

Дополнительные препятствия возникают при работе с муниципальными предприятиями, добавляет Дмитрий Григорьев. «Сложности с муниципальными проектами – в отсутствии гарантий со стороны заказчика. Если частное предприятие может дать гарантии, то муниципальные пока нет, – рассказывает он. – По информации от наших коллег, энергосервисных компаний, связанных с муниципальными заказами, в чистом виде энергосервисных проектов, которые были бы реализованы и средства инвестора были возвращены только за счёт экономии, ни одного не было. То есть энергосервисная компания входит в проект, вкладывает деньги, и по договору когда-то через пять-семь лет те средства, которые еще необходимо вернуть и заработать энергосервисной компании, они последним платежом ей выплачиваются, и на этом ставится точка».

Если проблемы настолько очевидны, будут ли вноситься коррективы в законодательную базу? Г-н Баталов колеблется. «Представители нашей фирмы участвовали в разработке 261-го закона, но и после того, как законопроект был готов, ещё шла масса поправок. Что-то сняли, что-то осталось. Почему-то изменения в законе в основном касались энергоаудита, энергетического паспорта зданий, ответственности энергорегулирующих организаций. Однако энергоаудит – это только начало. И лишь когда определяется список мероприятий, тут-то и возникают вопросы о гарантиях инвестора – а здесь улучшений нет. Возьмите наше жёсткое тарифное регулирование. Как при нём обеспечить возвратность инвестиций? Каким будет тариф через 3-5 лет?

трубы 2

Игра на интерес

Всем участникам процесса уже понятно, что без интереса у заказчиков энергосервисной услуги прогресса не будет. Когда у клиентов-муниципалов просыпается интерес к энергосервисной компании? Когда «сверху» начинают требовать обязательной ежегодной трёхпроцентной экономии ресурсов. Тут руководители организаций звонят и просят спасти их от «геморроя», отвлекающего от основной деятельности и не сулящего никаких материальных выгод. Три процента экономии в большинстве государственных контор – это небольшие средства, на которые времени жалко. Деление экономии между энергосервисной компанией и предприятием также не аргумент, так как никто не ведает, как эту экономию можно получить и на что её позволено тратить. Как установил РБК в уже упомянутом исследовании, средний срок контрактов, заключенных в 2013 г. с бюджетными учреждениями, составил 5,25 года. Средний процент экономии, отписанный исполнителю контракта, равен 94. Очевидно, что в российских условиях считать это серьёзной мотивацией для заказчика невозможно.

Стандартная позиция многих руководителей потому – «Делайте что хотите, только не мешайте работать». Однако запуск энергосервисного контракта как раз связан с проверкой документации для расчёта базы, сбором информации о платежах, выявлением всех потребителей, включая неучтённых: с процессом, отнимающим массу времени у сотрудников организации и, с их точки зрения, абсолютно бесполезным.

Дмитрий Григорьев говорит:

— Мы зачастую сталкиваемся с тем, что рассказываем, как будет достигнута экономия, и при этом понимаем, что на предприятии надо провести серьёзную работу. А на предприятии один главный энергетик и один главный инженер, и под энергосервисный договор ему не дадут помощника или зама, с него не снимут его основную работу. От достигнутой экономии, в конце концов, владелец получит определенную экономию и выгоду, но это далёкая перспектива. И потому на уровне топ-менеджмента, хозяев предприятий, нужна такая модель управления процессом, чтобы у исполнителей был интерес…

Производственный детектив

Экспертам известна и ещё одна «засада», о которой говорят мало и как бы нехотя, потому что её быстрого решения нет. Это проблема той же «базовой линии», то есть нулевой отметки, от которой будет оцениваться экономия. Ни одна энергосервисная компания сегодня не может целиком доверять данным энергоаудита и энергопаспорта предприятия, и просто вынуждена перепроверять базовую информацию и даже повторно ее собирать, если хочет понимать, что к чему. Клиент же далеко не всегда идёт навстречу. Ведь у него первичный учёт энергоресурсов ведётся кое-как, с лакунами, первичные схемы внутренних электрических и тепловых сетей утрачены или безнадёжно устарели, и их восстановление требует времени и денег (чьих? сразу возникает вопрос). В результате невозможно уяснить реальную картину энергопотребления в базовом году.

электростанция

И хорошо ещё, если искажение информации не носит сознательного характера и не служит как для маскировки прямого воровства энергоресурсов с использованием незаконного подключения «левых» абонентов, так и неоправданного списания средств на так называемое «обслуживание».

Оттого подготовка базовых приложений, на которых зиждется энергосервисный контракт, занимает чрезвычайно много времени и бывает похожа на внеплановую налоговую проверку. Известны случаи, когда то, что начиналось как невинный энергоаудит, завершалось скандальными увольнениями.

И, разумеется, как всегда, когда какой-то процесс буксует и не развивается так, как хотелось бы в идеале, возникает стремление попросить поддержки у государства.

Дмитрий Григорьев считает, что было бы неплохо, если бы со стороны государства были некие преференции при заключении энергосервисных контрактов. Льготное финансирование, например. Или субсидирование. Он говорит: «Российское энергетическое агентство занимается этой программой уже несколько лет. В масштабах страны, конечно, это небольшие средства, но работа идёт…».

Что может государство?

Алексей Туликов, руководитель Департамента развития законодательства в сфере энергетики и инноватики ФГБУ «РЭА» Минэнерго России, просит немного подождать. Да, сегодня на федеральном уровне прямых мер поддержки энергосервисных услуг не существует. Но в ноябре 2013 года было дано поручение Минэкономразвития России совместно с заинтересованными федеральными органами исполнительной власти разработать план развития мер государственного регулирования в области оказания энергосервисных услуг. Он поясняет: «План разработан, в правительство внесён, сейчас согласовываются некоторые позиции… Его подготовка практически завершена, и мы ожидаем, что в ближайшее время он будет принят».

В плане, как обещает г-н Туликов, будут содержаться несколько десятков поручений к федеральным органам исполнительной власти по внесению изменений в нормативно-правовую базу в части создания благоприятных условий для развития рынка энергосервисных услуг по различным секторам: жилищный фонд, бюджетный сектор, регулируемые организации, информационное обеспечение. Будут сняты избыточные административные барьеры, созданы дополнительные возможности для заключения ЭСК в бюджетной сфере с некоторыми новыми условиями и новыми моделями, которые ранее не были возможны. Будут поручения по подготовке предложений в части налогового стимулирования энергосервисных компаний. Некоторые поручения должны быть исполнены в текущем годы, некоторые в следующем.

Недавно постановлением Правительства РФ от 31 июля №754 утверждены новые правила предоставления субсидий федерального бюджета бюджетам субъектов федерации на реализацию региональных программ в области энергосбережения. Не менее половины средств субсидий будут направляться на поддержку проектов в области энергосбережения путём возмещения части процентной ставки по кредитам, по лизинговым платежам, либо части затрат на приобретение энергоэффективного оборудования. Причём в каждом из этих направлений предусматривается фраза «в том числе хозяйствующим субъектам, реализовавшим энергосервисные договоры (контракты)».

Безусловно, соглашается г-н Туликов, с этим законом мы набили много шишек. Что-то у нас не заработало, что-то заработало. Сейчас идёт новый виток совершенствования законодательства, в прошлом году ввели декларирование энергопотребления, планируется вообще полный отказ от обязательного энергообследования… Но нельзя проделать за 2-3 года путь, который некоторые государства прошли за 20-30 лет. Да, у нас есть особенности, вызванные высокой стоимостью денег. Поэтому очень многие схемы, которые работают за рубежом, у нас пока не востребованы и не реализуются. Но рынок сформирован, пусть пока и небольшой, порядка ста компаний имеют реально заключённые договоры. Есть крупные проекты, есть маленькие, есть микропроекты до 100 тысяч, для социальных учреждений. Безусловно, есть некоторое недовольство на рынке, претензии, что не дают работать, невозможно получить оплату, ругают заказчика. Ну, не получилось с этим заказчиком – иди к другому, вот рядом есть открытая дверь…

Источник: интернет-портал "Зеленый город"

 

Элла Иванова
 

Наши заказчики